СТРАННЫЕ Люди. Как западная цивилизация вырвалась вперед?

С подачи Александра Маркова открыл для себя ещё одно историческое исследование, написанное не историком. На этот раз биологом-эволюционистом Джозефом Хенриком (Joseph Henrich). Книгу можно поставить в один ряд с нашумевшими в свое время бестселлерами «Sapiens» Юваля Харари или «Ружья, микробы и сталь» Джареда Даймонда.

https://weirdpeople.fas.harvard.edu/
https://weirdpeople.fas.harvard.edu/

Тема неожиданного подъема европейской цивилизации около 500 лет назад всегда интересовала ученых и философов. На протяжении человеческой истории многие государства поднимались выше соседей и завоевывали их. Но конец величия приходил слишком быстро — сытная оседлая жизнь приводила к экспоненциальному росту населения, экологической катастрофе и краху государства. Это явление получило название «мальтузианской ловушки«. Однако европейская цивилизация нащупала путь для безнаказанного (пока) роста населения на порядок.

Как случилось, что из разрозненных племен «грязных варваров» всего за 1000 лет возникли гигантские империи, захватившие всю планету и развязавшие две мировые войны, завершившиеся созданием атомного оружия и полетами в космос?

Если бы независимый наблюдатель изучил все цивилизации планеты в 1000-м году, то он скорее бы поставил на китайцев и арабов, нежели на европейцев. Что же случилось? Почему к концу второго тысячелетия европейцы победили всех, и продолжают (причем довольно успешно) навязывать всем народам планеты свои привычки и обычаи?

Тысячи ученых и философов уже несколько столетий пытаются сложить в непротиворечивый пазл сотни факторов — индустриальную революцию, печатный станок, протестантизм, христианство как таковое, климат, географию и множество иных.

Опираясь на эволюционную биологию и нейропсихологию (не путать с психологией!), Джозеф Хенрик дает своё очень необычное объяснение, подтверждая и доказывая его через многочисленные наблюдения и эксперименты над людьми в разных концах нашей планеты.

Психика Человека

Первый подход к теме был сделан в 2010-м, когда группа ученых во главе с Хенриком опубликовала статью, в которой задалась интересным вопросом — а что изучают психологи, когда публикуют статьи о Человеке и его Мозге? Вот все эти прекрасные психотесты с неприличными картинками с засовыванием людей в МРТ? Каким людям они показывают картинки и дают загадки? Как оказалось, ученые-психологи далеко не ходят. Экспедиции в джунгли амазонки стоят немалых денег, а также сопряжены с риском и лишениями. Гораздо проще взять студентов из своего университета, дать им опросник, посчитать статистику и выдать на гора очередную статью об особенностях мышления Человека. Какого человека???? Грамотного человека. Образованного человека. Небедного человека (бедные работают, а не учатся в университете). Даже «не американцы», поступившие в университет — это не простые выходцы из джунглей и саванн, а молодые люди, выросшие в городах, в рамках тесного контакта с «западной» культурой. Очевидно, что такая изрядно отфильтрованная выборка не может служить основой для выводов об универсальных психологических особенностях Homo Sapiens.

А как надо? Надо ехать в джунгли, в Африку и Азию, в Россию и Китай, в Японию и на Филлипины, чтобы играть с аборигенами в игры на деньги. Именно это Хенрик и сделал. Сам или собирая данные от других исследователей, которые смогли изучить психотипы людей в разных регионах нашей планеты.

Например, оказалось, что общепризнанные право-лево полушарные функции долей головного мозга вовсе не являются чем-то врожденным и прописанным в нашей ДНК. Это всего лишь следствие привычки читать. Племена в джунглях амазонки не имеют этой интересной особенности. Зато лучше запоминают и распознают лица.

Также было показано, что высокая частота двоюродных браков отрицательно коррелирует со степенью аналитического мышления и положительно коррелирует со склонностью к универсализму (моральные правила применимы ко всем в равной степени). А более высокий уровень безличной просоциальности (равный уровень доверия к разным людям) положительно коррелирует с более высоким богатством.

Возникла гипотеза, что успех европейской цивилизации надо искать в психических отличиях «западного» человека от «обычного».

Ниже примеры психотестов и игр на деньги, которые Хенрик и его коллеги проводили в разных человеческих сообществах:

Чемодан

Ситуация 1:
Иван и Петр (не знакомы друг с другом) стоят на вокзале. Петр, пользуясь моментом, берет чемодан Ивана и уходит.
Как вы относитесь к поступку Петра?
Варианты: Ужасно/Плохо/Пофиг/Молодец/Красавец

Ситуация 2:
Иван и Петр (не знакомы друг с другом) стоят на вокзале. Их чемоданы похожи и стоят рядом. Петр берет чемодан Ивана (по ошибке) и уходит.
Как вы относитесь к поступку Петра?
Варианты: Ужасно/Плохо/Пофиг/Молодец/Красавец

Подобная история рассказывается в разных культурах, с применением местных имен и реалий. Исследователя интересует среднестатистическая разница в отношении подопытного между двумя разными ситуациями.

В Лос-Анжелесе и Украине разница в отношении огромна, а на Фиджи и Новой Гвинее — минимальна (какая разница — он же унес чужое).

(почуствуйте разницу в отношении к намерению что-то сделать в разных культурах)

Игра Ультиматум

Два игрока и ведущий. Игроки не знают друг друга и даже не видят (скажем игра через компьютер). Ведущий предлагает первому игроку ощутимую для данного сообщества сумму денег (скажем 1000 рублей). Он делит её как хочет и предлагает второму его долю. Если второй согласен — они оба получают деньги (как поделил первый), если нет — оба не получают ничего. Игра в несколько раундов.

В западных обществах (особенно в университетах) дележ идет относительно равный. Ваше предложение отвергнут если предложить меньше 40%. Индейцы амазонии предлагают партнеру 5-20% и всегда получают согласие.

Общее дело (Public Goods Game)

Игра втемную, через компьютер. 4 игрока и ведущий. 10 раундов. На каждом раунде вам дают 200 руб. Можно положить что-то в общак. Ведущий удвояет общак и раздаёт всем 4-м игрокам поровну. Никто не знает кто положил деньги в общак, а кто нет. Все что наиграете (как утаенное от общества, так и заработанное через удвоение общака) — уносите с собой.

В игре проверяется навык кооперативности с незнакомцами. В Сев. Америке и Канаде игроки показывают лучшие результаты (больше денег уносят), чем в Африке и Азии.

Общее дело с наказанием

Похоже на предыдущую, но после того как сделаны ставки, можно штрафовать соратников — снять у кого угодно со счета до 200 руб. (но вы по-прежнему не знаете кто читер).

В Европе после пары раундов читерства-наказания игроки понимают, что так не надо делать и начитают играть более коперативно, чем до этого. В результате все уходят с бОльшими (в среднем) суммами. Люди из «традиционных» сообществ начинают кровавую битву всех против всех. Жмоты предполагают, что альтруисты их штрафуют, и начинают штрафовать в обратку или даже превентивно. В результате все уходят ни с чем.

Подобных опросов и игр с многочисленными вариацими в книге описаны сотни. Статистика, графики, ссылки — все на месте. Приглашаю прочитать книгу (к сожалению, она пока доступна только на английском). Также можно задавать вопросы в комментах, буду вытаскивать и/или переводить спорные-интересные эксперименты и доказательства.

Кумовство и Коррупция

Будучи начальником, кого вы возьмете на работу — наиболее подходящего для этой должности человека или родственника?

Человек с традиционной психикой выбирает родственника. За таким выбором стоит очень глубокое обоснование. Вы имели возможность принести в семью какие-то средства и/или активы, но почему-то этим не воспользовались. Вас подвергнут порицанию и наказанию. Ваш статус понизится. Отказав родственнику, вы совершаете предательство интересов своего рода/клана/семьи. Потому что родственников не выбирают — они ваши — от рождения и до смерти.

Мафиозный клан в этом отношении очень близок к родовому. Хотя в него попадают и не всегда по рождению, но выход — также как и в родовом клане — через смерть. А добровольный выход — предательство.

Но бывает, что у людей нет крепкой связи с каким-то родом или кланом. Такие люди участвуют в иных социальных образованиях (например коммерческих компаниях) и свободно переходят из одного в другое. Такой переход не считается предательством. Поэтому для них логично, правильно и справедливо выбрать квалифицированного претендента, а предоставление преимуществ родственнику будет нарушением некоторых правил.

Истоки кумовства и определенных разновидностей коррупции надо искать в психике человека, выросшего в доминировании родо-племенных отношений. И это большая проблема, которая не решается просто и быстро.

СТРАННЫЕ люди

Хенрик иронично называет себя и окружающих СТРАННЫМИ людьми — WEIRD: Western, Educated, Industrialized, Rich and Democratic (западный, образованный, индустриальный, богатый и демократичный), подчеркивая существенные отличие этой группы от большинства людей живущих на планете. В своей книге он исследует эту разницу, изучая представителей традиционных сообществ, которых и сегодня можно встретить в Папуа-Новой Гвинее, джунглях Амазонки, а также в иных местах, куда западная цивилизация не смогла добраться в полной мере. Он показывает, что такие фундаментальные для нас понятия, как права человека или «важность намерения», лишь недавно сформировались в западной культуре и отсутствуют в этих удаленных от западного мира уголках планеты (но и не только там!). В своей книге он реконструирует пути и механизмы культурной эволюции человечества, выявляя отличия  Европейского пути, а также особенности распространения этой СТРАННОЙ культуры по всей планете.

Вот качества СТРАННЫХ людей по Хенрику:

  1. Индивидуалистичны; «мы видим себя уникальными существами, а не узлами большой социальной сети, простирающейся в пространстве и в глубину веков».

  2. Концентрируются на себе, высокая самооценка, стремление к самосовершенствованию.

  3. Экономят временя и ценят труд.

  4. Сдерживают порывы: «Мы можем отложить немедленное удовлетворение желания в обмен на будущее вознаграждение».

  5. Верят в справедливость, что создает доверие и возможность сотрудничества с анонимными людьми, незнакомцами и безличными институтами (например, правительством).

  6. Чаще испытывают чувство вины, чем стыда (вина перед собой, а стыдно перед людьми).

  7. Аналитическое (а не целостное) мышление: «мы раскладываем сложные явления, на отдельные составляющие, приписывая им свойства или абстрактные категории».

  8. Мало почитают традиции и мнение старых.

  9. Свобода воли: представление о том, что люди делают свой собственный выбор, и этот выбор имеет значение.

  10. Моральный универсализм: представление о том, что моральные истины существуют так же, как математические законы.

  11. Вера в линейное время и в прогресс.

Узнали себя? Поздравляю. Вы странные. Большинство людей на этой планете не такие.

Культурная Эволюция

Теория эволюции в биологии — устоявшаяся конструкция, по которой есть широкий консенсус ученых планеты. Да, какие-то моменты продолжают уточняться — к примеру фактор случайности прошёл за столетие длинный путь от досадной погрешности, до ключевого элемента теории. Но суть остается неизменной со времен Дарвина — через копирование с ошибками (мутации) организмы приспосабливаются к окружающей среде. Важным дополнением последних десятилетий стал тезис, что организмы могут не только приспосабливаться к окружающей среде, но и менять её (после того как победят конкурентов и размножатся в должной степени).

Культура — зонтичный термин, описывающий социальное поведение и нормы человеческих обществ, включая знания, верования, исскуство, технологии, законы, обычаи и привычки, передаваемые через обучение.

В книге THE SECRET OF OUR SUCCESS Хенрик доказывает, что культура оказалась важным фактором эволюционного отбора направленного на рост мозга, а растущий объем культурных знаний, позволил нашему виду получить приоритет перед другими животными. Естественный отбор увеличивал мозг, чтобы накапливать культурные знания. Это знание закреплялось в социальных нормах, передаваемых навыках, а также табу (пищевые, сексуальные, иные). «Нормы — это стабильные, самоподкрепляющиеся наборы культурно усвоенных и взаимосвязанных убеждений…, возникающих по мере того, как люди учатся друг у друга. Нормы создают социальные правила… которые предписывают, запрещают или иногда одобряют некоторый набор действий».

Группы ранних Homo, которые научились сохранять память о своих родственниках, причем не только по материнской, но и по отцовской линии (что не так уж и просто — представьте себе группу шимпанзе) — получили преимущество и выиграли. Так сформировались институты родства. Наиболее распространенной формой является парная связь или брак. Брачные узы создают кровные узы, а также усиливают социальные связи с другими людьми через близких и дальних родственников. Эти же нормы формируют «наше врожденное отвращение к инцесту». Необходимость избегать инцеста направляет рост родственных сетей вширь, улучшая связи с другими родами.

С другой стороны межгрупповая конкуренция порой способствовала появлению норм «закрытой психики племени», запрещающей вступать в брак с людьми из других племен, что способствало созданию этнических групп или каст, что в привело к созданию «вождеств», царств и государств.

Культура сообщества формирует психику человека (прежде всего ребенка), а люди как носители культуры передают её своим потомкам с некоторыми модификациями (мутациями). Слабые культуры умирают, замещаясь успешными, через смерть носителей или добровольное (а порой и не очень) принятие культуры более сильных сообществ. Так по Хенрику происходит эволюция культуры сообществ.

Можно сказать, что как культурный вид мы постоянно перепрограммируем свой разум, накапливая культурный багаж знаний, обычиев и привычек. При этом социальные нормы постепенно превращаются в формальные институты, которые, в свою очередь, воздействуют на ничего не подозревающих индивидумов, ещё дальше меняя их психику и структуру связей в головном мозге.

Разобравшись с эволюцией человека, Херник решил применить эволюционный подход к исследованию развития культуры человеческих сообществ в историческое время (там где для исследований есть не только кости, но и книги).

Институты родства

Люди всегда жили группами — большая семья, племя, клан. Такие институты родства наделяли человека от рождения богатой сетью унаследованных обязательств, обязанностей и привилегий. Каждый индивидум твердо понимал, что является узлом большой сети родственников, которая простирается в пространстве и назад во времени. Отличительными чертами таких институтов было коллективное владение собственнстью (прежде всего землей) и коллективная ответственность. Успех отдельного индивидума в родовом обществе зависел от беспрекословного подчинения авторитетам, умения управлять другими членами сообщества, четкого определения того, кто входит в вашу группу, а кто нет, и продвижения собственного сообщества за счет других родственных групп.

(Если вы живете в России и следите за новостями из южных горных регионов, то вы примерно представляете как устроено традиционное родо-племенное общество с коллективной ответственностью).

Родственные институты позволили общинам сапиенсов по количеству вырасти в разы выше уровня достигаемые другими гоминидами. Как правило, такие простые общества насчитывали от 80 до 300 человек. Однако взаимозависимость между неродственными группами, может привести к появлению относительно крупного сообщества (2500 человек) с общими интересами и обязанностями. К примеру, такая культурная мутация может случайно возникнуть при модификация религиозного обряда инициации, в рамках которого мальчики из разных деревень совместно проходят испытания. Воспоминания о совместных и страшных переживаниях может впоследствии помочь выросшим мужчинам меньше враждовать и действовать сообща против общего врага.

Как племя Илахита стало большим

Межгрупповая конкуренция заставляет слабые социальные группы копировать поведение более успешных и процветающих, перенимая их традиции, обряды и верования в богов. Подобно естественному отбору, копирование сложных культурных систем с изменениями (мутациями) иногда приводит вариантам более успешным, чем оригинал. Увеличение количества совместо действующих людей порождает более сильное сообщество, что стало особо важным после очередного потепления климата около 20 000 лет, сделавшего сельское хозяйство намного более жизнеспособным. Сельское хозяйство, в том числе животноводство, требует более крупных и сложных обществ, требующих защиты земли и стад.

Первыми из этих более крупных обществ были кланы — объединение нескольких семей — групп людей питающихся совместно и спящих «под одной крышей» (если крыша или что-то подобное актуальна в этом месте и времени).

Откуда взялся клан?

Представим, что некоторый взрослый мужчина, решил заняться типичным мужским делом и организовать набег на соседнее (недружественное) племя. Скажем украсть скот. Или девушку. Для успешности предприятия ему нужно 10 человек. Ну или хотя бы 9. Он возмёт двух своих сыновей. Плюс брата. И двух его сыновей. Плюс брата жены и двух его сыновей. Вроде 9 набрали. Но дело опасно, поэтому нелишним будет вопрос — насколько можно им доверять? Особенно брату жены? Насколько их интересы соответствуют интересам инициатора набега? Какого юношу жальче потерять? Как сплотить этот небольшой отряд общим интересом? Через расширение понятие кровного родства. Мы все потомки одного предка. У нас есть общий дед. Или прадед. Или наши прадеды были братьями — мы это точно знаем. Поэтому у нас общая кровь и общий интерес — мы или все вместе выживем, или все вместе умрем.

Тогда вся молодежь этого отряда будет звать друг друга братьями, взрослых мужчин — отцами, а девушек — сестрами. А на сестрах не женятся — это инцест.

Заметим, что в современных европейских языках есть отдельные слова описывающие такой тип семейных связей — кузины/кузены, а в русском и многих азиатских языках — нет. Есть брат/сестра с дополнительным пояснением (двоюродный брат).

Ещё заметим, что организатору набега в примере выше, теперь придется брать ещё троих бойцов из семьи двоюродного брата, потому что брата жены с сыновьями уже не будет — они живут далеко, в другом клане (возможно дружественном) со своими собственными интересами.

Сотрудничество и сплоченность семей внутри клана увеличивает его силу и влияние. Чтобы установить четкие линии власти внутри клана и смягчить потенциальные источники конфликта между семьями важно четко понимать кто чей потомок. Проще это делать если отслеживать своих предков только по одному родителю. Патрилинейная (по отцу) приживалась лучше.

Некоторые из наиболее распространенных норм патрилинейных кланов:

  1. наследование через отца

  2. корпоративная ответственность (требовать возмещение ущерба можно с любого члена клана, нанесшего ущерб).

  3. табу на инцест внутри клана

  4. брак по договоренности

  5. общие ритуалы и боги.

Далее Хенрик применяет теорию эволюции для исследования более сложных социальных образований, объединяющие все больше людей, вплоть до современных государств и империй. Это большая и сложная тема — желающие могут прочитать книгу или задать вопросы в комментах.

Однако важнее понять особенности базового конструкта, непосредственно влияющего на психику индивидума — семью.

СТРАННЫЕ СЕМЬИ

Есть существенные отличия современной семьи в Европе и Северной Америке от системы родства традиционных обществ (сохраняющееся до сих пор во многих концах планеты):

  • двустороннее происхождение (от обоих родителей)

  • мало или совсем нет браков между кузенами (около 0,2% в США, но более 50% в некоторых странах Африки или Ближнего Востока!)

  • моногамный брак

  • нуклеарные семьи (муж-жена без братьев и родителей)

  • неолокальная резиденция (новые пары создают отдельное домашнее хозяйство)

Ранее племена в Европе, жили примерно также как и все :

  1. Большие семьи (старики плюс несколько сыновей с женами и множеством детей).

  2. Патриархат в разных его проявлениях. Происхождение считалось по отцу.

  3. Семья или община, а не отдельные лица, владели землей. Ее нельзя было продать без согласия всех родственников.

  4. Юридические права и социальное место определялись общиной (кланом).

  5. Община или клан обеспечивали безопасность своих членов и «страховали» от непредвиденных событий.

  6. Браки по договоренности между родителями брачующихся были обычным явлением, наряду с приданым или выкупом за невесту.

  7. «Полигамный брак был обычным явлением для мужчин с высоким статусом».

Как так получилось? Следствие ли это современного городского образа жизни или же напротив — причина и драйвер изменений?

Католическая церковь разрушает традиционную семью

Ближе к закату Римской империи, почти 2000 лет назад, у Католической церкви было множество конкурентов, от старых римских мультитеистических религий до различных культов и различных христианских сект. Сегодня христианство является самой успешной религией в мире, верующие составляют 30% населения мира. И большинство из них являются последователями вероисповеданий, происходящих от католической церкви.

Все религии навязывают ряд якобы одобренных богом форм брака. Считалось, что эти ограничения отражают волю бога, которому небезразлична сексуальная жизнь его подопечных. Например в Исламе можно жениться на дочерях брата своего отца, и иметь несколько жен. Зороастризм разрешал браки между братом и сестрой.

Католическая церковь активно включилась в установлении той формы брака, которая будет «наиболее благоприятна богу» и выгодна церкви. Этот процесс протекал хаотически и ситуативно, в рамках политической борьбы между вождями и королями раннего средневековья. Однако сегодня мы можем выстроить представление того, что получилось, и что Хенрик назвал Программой Брака и Семьи (Marriage and Family Program — MFP). С помощью убеждений, ритуалов, мягкого давления и наконец явного принуждения (угроза отлучения делала невыносимыми как загробную, так и настоящую жизнь) церковь методично навязывала свои правила. Это создало мощный кумулятивный эффект, и всего за несколько сотен веков церковь добились беспрекословного исполнения своих установок, полностью взяв под свой контроль регистрацию брака и рождение детей.

Что такое MFP?
  1. Запрещены браки с кровными родственниками. Эти запреты постепенно распространялись на весьма дальних родственников, вплоть до шестиюродных братьев/сестер. Это, по существу, табуировало брак или секс между теми, кто имел хотя бы одного общего из 128 пра-пра-пра-пра-пра-пра-бабушек и дедушек.

  2. Запрещены браки с близкими родственниками в кругу табуированных кровных родственников. Если твой муж умер, ты не могла выйти замуж за его брата. В глазах Церкви брат вашего мужа стал для вас настоящим братом (инцест!).

  3. Запрещены полигамные браки, в том числе взятие дополнительных жен и наложниц, а также посещение публичных домов. Бордели были легальны и весьма распространены в Римской империи, что может объяснить, почему в латыни есть 25 слов для слова «проститутка».

  4. Запрещены браки с нехристианами (если они не крестились).

  5. Придуман новый тип духовного родства — институт крестных родителей — предоставляет дополнительные возможности для формирования новых социальных связей и заботы о детях. Разумеется, нельзя было жениться или заниматься сексом с крестниками. Это тоже было объявлено инцестом.

  6. Не приветствовалось усыновление детей. Матери должны были сами заботиться о своих детях. При проблемах можно было надеяться на церковь или крестных.

  7. Требовалось, чтобы и невеста, и жених дали публичное согласие на брак. Это уменьшало распространенность договорных браков, а впоследствии создало основу для «романтической любви».

  8. Поощрялось, а иногда и требовалось, чтобы молодожены создавали независимые домашние хозяйства — неолокальное место жительства. Церковь поощряла использование традиционных брачных платежей (например, приданого) для финансирования этого нового дома.

  9. Поощрялось индивидуальное владение имуществом (землей) и наследование по личному завещанию. Это означало, что люди могли лично (без оглядки на семью) решать, куда пойдет их имущество после их смерти.

Родственные структуры поддерживаются такими традициями, как полигиния (многоженство), усыновление и повторный брак, и в какой-то степени гарантируют, что каждое поколение вырастит должное количество новых членов рода, несмотря на окружающие опастности и невзгоды. В условиях высокой смертности средневековья, очень важно чтобы дети получили дополнительную поддержку в случае смерти отца или матери. Многие традиционные общества позволяли и даже требовали, чтобы оставшийся в живых супруг брал в жены (мужья) сестру/брата умершей/го, чтобы собственность оставалась в семье, а дети имели достаточно ресурсов для взросления. Католическая церковь запретила эти практики, наряду с многоженством. Род мог пресечься по любой случайности. Однако в рамках концепции загробной жизни это было неважно. Церковь заняла место рода.

Кроме того, Церковь убеждала людей в том, что они могут купить себе путь на небеса за счет благотворительности и пожертвований, разумеется, при посредничестве Церкви. Богатые люди могли грешить всю жизнь, но совершить всего один благотворительный поступок, чтобы искупить свою вину перед богом. В результате собственность (прежде всего на землю) уходила от семьи и приходила к Церкви, которая постепенно собрала огромные богатства. Растущее богатство позволило Церкви завоёвывать ещё больше сторонников, и лучше обеспечить соблюдение всё более строгих правил MFP, получая таким образом еще больше богатств.

Таким образом за несколько столетий политика MFP привела к разрушению традиционных родовых структур. Но Церковь сделала это не одна, а в содружестве с империей Каролингов, которая при императоре Карле Великом расширилась на большую часть Западной Европы и поддержала MFP Церкви, что привело к новым социальным практикам на значительных территориях западной Европы:

  1. Моногамные нуклеарные семьи, проживающие неолокально.

  2. Более поздний брак.

  3. Многие женщины никогда не выходят замуж (вместо этого уходят в монастырь).

  4. Меньшие семьи и более низкая рождаемость.

  5. Появилась новое явление — независимая трудовая деятельность до брака.

Европа и Азия

Влияние империи Каролингов, её наследников и Католической церкови распространялось постепенно. Хенрик приводит данные, что продолжительность воздействия политики MFP в конкретном регионе коррелирует с распространенностью двоюродных браков. И чем больше браков между двоюродными братьями и сестрами в регионе, тем меньше там доверия к независимым организациям и незнакомцам. Заметны и иные атрибуты, такие как использование наличных денег в качестве средства сбережения вместо финансовых активов, и большее количество кредитов от семьи и друзей, чем от банков. Высокий уровень двоюродных браков также положительно коррелирует с более высокой коррупцией и активностью мафии.

Хенрик проверяет эти эффекты на современных иммигрантах в Европе: «Люди, мигрировавшие из стран, которые дольше находились под властью Католической церкви, оказались более индивидуалистически-независимыми, менее конформистски-послушными, и более склонны к безличному доверию и справедливости».

Несмотря на то, что ни одно из описанных психических изменений не осуществлялось по заранее намеченному плану, некоторые из них по стечению обстоятельств привели к более успешным и процветающим сообществам. В результате такие сообщества смогли привлечь новых членов, и стать примером для подражания. Именно так работает культурная эволюция — социальные практики проверяются путем проб и ошибок, а лучшие из них распространяются путем копирования.

Изучая психические особенности населения Индии и Китая, Хенрик подтверждает «идею о том, что сильные родственные связи порождают предсказуемые закономерности», аналогичные наблюдаемым в Европе. В Индии и Китае наблюдаемые отличия произошли из-за экологических особенностей, позволивших развивать «интенсивное сельское хозяйство, которое, в свою очередь, подпитывало культурную эволюцию высоко кооперативных и прочных родственных институтов».

Здесь имеется в виду, что рисовые чеки способны прокормить практически неограниченное количество людей: больше рабочих рук -> больше вкладывается труда -> выше урожай (пока не случится катастрофа). В Европе было не так — никакой способ обработки земли (до 20-го века) не приводил к существенному увеличению урожая, поэтому младшие братья были вынуждены уходить из родных деревень.

На протяжении тысячелетий Китай был обществом, ориентированным на родственные структуры. Только с появлением Китайской Народной Республики в 1949 году начались реформы, сравнимые с MFP. Коммунисты в свойственной ем технике «большого рывка» за несколько десятилетий провели реформы семейных отношений, которые католическая Церковь насаждала 1000 лет. Коммунистическая Партия Китая «положила конец полигамии, бракам по договоренности, сожительствам, обручениям детей, принудительным повторным бракам вдов, бракам двоюродных братьев и сестер, изжила брачный платеж (например, приданое)», вместе со многими иными модернизациями. К концу 20-го века это дало определенный эффект, влияние которого ещё предстоит изучить.

Не только Китай, но и иные общества в Азии в последние 100 лет копировали или адаптировали в свою культуру западные практики, создавая новые варианты необычных психических состояний человеческого мышления.

Результаты

Политика MFP привела к тому, что люди отдалялись от семьи и формировали новые типы сообществ — город, гильдия, орден, монастырь, университет (в конечном счете это привело к появлению НКО, АО и прочих ООО), а также к привычке общения с незнакомцами, что позволило поднять торговлю на невиданный ранее уровень.

Функционирование новых, относительно открытых сообществ, приводило к изменению психики людей, уводя их все дальше от традиционных закрытых родовых сообществ, и открывая путь к инновациям. Инновации способствовали прогрессу, а прогресс — богатству. Возник автокаталитический процесс совершенствующий технологии, наращивающий богатство и меняющий психику человека и его мозг.

В результате европейская (Западная) культура стала доминировать на планете, навязывая свои представления людям иных культур, и связанных с ними психотипов. Этот процесс называется Глобализацией, чему Хенрик посвятил последнюю главу с говорящим названием Globalization and Its Discontents, которое отсылает нас к Штиглицу и Фрейду, но это уже тема для отдельной статьи.

Читайте так же: